Шоу-бизнес        13 октября 2021        0

Александра Урсуляк: «Потери, конфликты и несчастную любовь можно пережить, если у тебя есть поддержка дома»

6 октября в онлайн-кинотеатре KION состоялась премьера сериала «Пингвины моей мамы» режиссера Наталии Мещаниновой — драмеди о 15-летнем Гоше из многодетной семьи, который мечтает стать стендап-комиком. Его маму, увлеченную идеей усыновления детей, сыграла Александра Урсуляк.

У Гоши необычная семья: его два брата и сестра — приемные. Мама, выступающая инициатором основных внутрисемейных процессов, загорелась идеей взять из детского дома еще одного ребенка — несмотря на то, что никто из домашних не воспринял это с энтузиазмом. Гоше кажется, что родителям до него нет дела, и старается проводить как можно меньше времени дома, оставаясь допоздна в стендап-клубе. Стендап становится для Гоши формой протеста — именно так он высказывает свои претензии миру. Содержание его откровенных монологов на сцене становится шоком для родителей и поводом наконец-то осознать свои проблемы.

Работая над сериалом, создатели привлекли консультантов, помогавшим им раскрыть две важные линии проекта. Например, о процессе усыновления и общении с директорами детских домов рассказывал человек, не раз это проходивший. А чтобы события, происходящие как на сцене стендап-клуба, так и за кулисами, выглядели естественно, к написанию сценария были привлечены реальные комики.

В интервью «СтарХиту» актриса Александра Урсуляк рассказала про свое отношение к современному стендапу, воспитание подростков и умение совмещать семью и карьеру.

Сейчас много проектов о подростках и их проблемах. Как думаете, почему тема стала так актуальна?

Если есть подростки, то и проекты о них должны быть востребованы. Не знаю, кто интересуется этим вопросом больше — сами подростки или их родители. Так как у сериала «Пингвины моей мамы» есть ограничение 18+, я думаю, что он адресован больше нам, родителям. И как родитель подростка могу сказать, что мы все думаем о том, как воспитать наших детей, как сделать их жизнь полноценной, как избежать подростковых изломов. И, наверное, фокус кроется в какой-то эмпатии друг к другу. В первую очередь, эта эмпатия должна исходить от самих родителей по отношению к молодым людям, поскольку у них все только начинается, еще ничего не налажено, не выработано ощущение этого мира — важно, чтобы мы были чуткими по отношению к ним. В сериале «Пингвины моей мамы» ситуация как раз обостренная. Там показана жизнь главного героя, 15-летнего Гоши, который находится в максимально некомфортной для себя ситуации в семье, где родители, по-моему, не особенно его замечают, не уделяют ему время, заняты совершенно другими делами и другими детьми. И вот в этой своей погоне совершенно забывают о своем родном ребенке. И это большой кризис, который Гоша переживает вместе со своей семьей.

Вашей дочке Анне — 16. Каково быть мамой подростков?

Быть родителем непросто, в силу того, что на самом деле никто не знает, как лавировать между давлением социума и своими личными опасениями. Как со всем этим справиться и дать возможность личности обосноваться в этом мире и научиться свободно себя чувствовать. Мне кажется, что есть большое движение в современном родительстве в сторону какой-то осознанности. Раньше не было вообще привычки кого-то обучать быть родителем, не было никаких запросов на эту тему. Важно было, что ребенок сыт и учится хорошо. Больше никакие параметры никого не интересовали. Сейчас подход совершенно изменился, и родители вспоминают какие-то свои детские травмы. Мне кажется, что такой подход — хорошая вещь, она принесет какие-то важные плоды, я на это надеюсь. И, естественно, я, как и любой родитель, полна всяческих заблуждений, ошибок, но я считаю, что главное — это движение друг к другу и возможность анализировать свои действия. Я пытаюсь понять и сообразить, как мне воспитывать моих детей. Делаю это, конечно, с переменным успехом.

Главному герою сериала «Пингвины моей мамы» — 15. У него много проблем: стычки в школе, несчастная любовь, непонимание в семье. Что-то из этого коснулось вас и ваших детей?

Не могу сказать, что были грандиозные проблемы. Но, думаю, когда неурядицы дома, они сразу возникают и в социуме. Наличие счастливой или несчастной любви тоже связано с какой-то подпиткой и уверенностью в себе. А это, конечно, исходит из самой семьи. Мне кажется, когда в семьях все хорошо, можно пережить очень многое. И потери, и конфликты, и несчастную любовь можно пережить, если у тебя есть поддержка дома. Это очень важно.

А у вас часто случаются конфликтные ситуации с детьми?

Конечно, мы ведь все живые люди. Иногда мне кажется, что дети не слышат меня, когда они забывают о чем-то. Они еще совсем неопытные люди. В связи с тем, что семья большая, а я работающая мама и времени у меня мало, какие-то договоренности, которые для меня очень важны, кем-то забываются, упускаются — и весь карточный домик может обрушиться. Это, конечно, может вывести меня из себя. Но если раньше я могла выйти из себя вообще из-за какой-то ерунды, то сейчас стала более прокачанной и, соответственно, спокойнее. Нахожу время еще раз договориться с детьми или еще раз напомнить о чем-то, попросить по-дружески войти в мое положение, понять меня и не подводить.

Вы строгая мама?

Я думаю, что достаточно строга, но в меру. Иногда бываю требовательной — мне кажется, что я вижу какие-то жизненные стандарты в социуме, поэтому даю понять детям, мол, в обществе это не прокатит, и вас будут судить более серьезно. Не уверена, что это всегда верно. Строгий родитель — это динозавр, который вымирает. Сейчас отношения с детьми будут выстраиваться совершенно иным образом. Не строгостью. Может быть, уважением, может быть, доверием и любовью. Мне кажется, что это инструменты будущего.

Ваша героиня в «Пингвинах моей мамы» одержима идеей спасти всех детей, оставшихся без семьи и дома. А вы сами смогли бы усыновить ребенка?

Я думаю, это вопрос непростой и требует большой подготовки. Потому что усыновленные дети чаще всего дети уже травмированные. Просто одеть, накормить и в школу сводить — тут этого недостаточно. Подход должен быть психологический, более глубокий. Родители, которые берут на себя ответственность за приемного ребенка — это люди, как правило, подготовленные, которые знают, что это вообще такое и как с этим быть. Я, наверное, могла бы кого-то усыновить, но, мне кажется, я не справляюсь со своими детьми. Не то чтобы не справляюсь… Мне троих вполне хватает, порой даже кажется, что не успеваю уделить им столько времени, сколько они заслуживают, так как я работаю очень много. Когда ты усыновляешь кого-то, нужно быть хотя бы немного посвободнее. Я бы с удовольствием усыновила хотя бы собачку, я очень их люблю, но опять же не делаю этого потому, что знаю — у меня не хватит времени даже погулять с ней. Когда меня дома встречает кот, с которым гулять не надо, я вижу, что он говорит: «Я соскучился по тебе. Ну почему же ты меня не гладила столько времени? Где же ты была?». Поэтому все-таки для усыновления нужно быть менее загруженным человеком.

Читайте также:  Яна Гладких: «Даже думала не оформлять сыну инвалидность, но господдержка для нас не лишняя»

Между вашими детьми есть ревность за ваше внимание?

Дети редко меня ревнуют друг к другу — скорее, к моей работе. Потому что я не между ними, а между домом и работой обычно. Я вижу по своим детям, что их взаимосвязь дает им некую замену меня, обоюдную поддержку, когда я не дома и они предоставлены сами себе в какой-то мере. Вижу, что для них наличие рядом сестры и брата — это такой легкий «мамозаменитель», потому что рядом родной человек, и это важно. Так что я очень рада, что у моих детей есть мои дети, и они находятся в своем семейном мире.

Как удается совмещать воспитание детей, роль жены и карьеру — в чем ваш секрет?

Совмещаю я, как и все занятые люди, с компромиссами и потерями, потому что на всех стульях усидеть очень сложно. Стульев много, а я одна. Вариант только один — пересаживаться периодически с одного стула на другой. Чем быстрее и качественнее ты пересаживаешься с одного стула на другой, тем успешнее делаешь это. Я стараюсь. В этом не могу себя упрекнуть: все, что я делаю, стараюсь делать хорошо.

Главный герой в сериале «Пингвины моей мамы» выступает в стендап-клубе. Вам нравится стендап?

Честно говоря, я не большой поклонник стендапа, но при этом я ни в коем случае не могу быть судьей этого жанра. Я думаю, что мне стоит внимательнее к нему присмотреться, ведь он достаточно молодой. Но все же мне кажется, что элегантность юмора в нем чаще всего отсутствует. Я совсем не ханжа, с удовольствием могу послушать шутки на любые темы, но должна быть какая-то элегантность мышления. Это и есть остроумие. И, конечно, если остроумно, то и смешно, есть момент удовольствия. А когда все основано на том, чтобы показать, мол, мы такие свободные, что можем любую грубую вещь сказать без стеснения, — мне этого недостаточно. Я все-таки воспитана на остроумных выступлениях, например, замечательного Андрея Миронова. Это такой советский стендап, который уровнем был намного круче. Да и культурный уровень в целом был покруче. И дело не в том, что раньше деревья были зеленее, а небо выше — я с удовольствием живу в настоящем и не оглядываюсь на прошлое. Но сейчас быстрый успех можно получить, просто весело крикнув «жопа» — и этого будет достаточно. А мне хочется, чтобы во всем был какой-то смысл. Поэтому про стендап скажу так — с надеждой смотрю, жду, что он вырастет во что-то более весомое, чем сейчас».

Говорят, что смех — лучшее лекарство. Вы как справляетесь с депрессивным настроением?

Безусловно, смех дарит прекрасные эмоции, это все замечательно и хорошо. Я не знаю, насколько это спасает от депрессии, потому что этого состояния спасают исключительно медикаменты. Если это настоящая депрессия, то стендапом вылечить ее невозможно. Более того, если ты находишься даже не в депрессии, а в подавленном состоянии, то чаще всего тебе уже ничего не смешно. Все-таки иногда человек смеется, хохочет не потому, что ему очень смешно, а потому что это отражение его эмоционального состояния. Юмор я обожаю, шутить люблю, люблю, когда со мной шутят. Но это не лечение, мне кажется. Хотя, безусловно, важная часть жизни. Вообще, надо относиться к жизни с юмором, потому что если все всерьез, то и до депрессии недалеко.

Ваша героиня по факту является главой семьи. В вашей реальной жизни так же?

Мне кажется, что брак — это партнерство. Силы в семье распределяются по-разному. Не могу сказать, что являюсь доминирующей фигурой, но, конечно же, я связующее звено. Можно сказать, что на мне просто сходятся все узелки. Когда я прихожу домой, то всем от меня что-то нужно: и мужу, и детям, и самому дому. Все пути все равно ведут ко мне. И как я ни стараюсь делегировать свои обязанности, это не всегда получается. Но в этом, мне кажется, и прелесть быть женщиной в современном мире: ты — солнце, которое всех отогревает. Это большая честь и ответственность. Но надо сказать, что и семья отогревает меня. Даже когда прихожу очень уставшая, оттаиваю рядом с детьми и мужем. Правда, иногда мне хочется разделить нас: когда много народу вместе — это дурдом. Поэтому стараюсь куда-то пойти с одним ребенком, куда-то — с другим, найти отдельное время для малыша и совершенно особенно провести время с мужем. Я стараюсь все не смешивать, а как-то распределять силы. Но иногда мы все вместе можем замечательно провести время.
Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *